А однажды мы встретили гопников.
“С какого раёна? Семки есть? А чО такой борзый?”
Нет, не так. А однажды мы отправились гулять. Блин, не совсем так. Однажды мы решили прогуляться. До моря и обратно. В полночь. Перед сном. Знаете, спишь потом как ребенок. Поэтому и пошли прогуляться.
Деревня, естественно, спит. Мы тоже будем спать, но потом. Когда нагуляемся. А пока – пауки размером с небольшую корову деловито растягивают свои сети поперек дороги. Деревенские коты ходят друг к другу в гости. Фруктовые лисицы что-то делят в кронах деревьев. Старательно обходя коров пауков и их сети, мы медленно шли на шум. Это доносился то гул компрессоров гигантского холодильника для пива в местном бухлошопе, то шум прибоя, то вой грузовика-пылесоса, собирающего листья и небольшие камни на соседней улице.
Уже давно не смеркалось. Уже четыре часа, как смерклось и смерклось надежно. Не видно ни зги. Луна, впрочем, почему-то тоже не взошла, но вместо этого вдруг наступила полночь. Попердывая глушителем, проехал белый Холден с зеленой “P”. Мы дошли до берега, промочили ноги и повернули обратно. Луна так и не взошла. Белый Холден с зеленой “P”, сделав круг по кварталу, снова пропердел мимо. Грузовик-пылесос больше не выл в отдалении. Наверное, засосал слишком большой кирпич и подавился.
Попердывая глушителем, белый Холден с зеленой “P” снова объявился. И остановился.
Из Холдена высунулись две физиономии и попросили закурить.
Нет, не так. Из Холдена высунулись две физиономии и одна из них произнесла речь. “Мы очень извиняемся”, сказала физиономия, ” и нам ужасно стыдно приставать к незнакомым людям по такому поводу, но не соблаговолят ли любезные леди и джентельмен продать страждущим немного сигарет?”.
Сигарет продать мы не соблаговолили. Ввиду наличия отстутствия таковых. Получив отрицательный ответ, Холден с зеленой “P”, наверное, совсем отчаялся найти в деревне в полпервого ночи хоть одного неспящего курильщика. Попердывая глушителем, зеленая “P” исчезла из поля зрения.
Пора тебе писать рассказы… про Австралийскую деревню
Ну ведь графоманствуем же. Потихоньку.