Удивительное – рядом
Казалось бы, после Х лет, прожитых в Австралии, местная флора и даже фауна должна была бы уже потерять свою былую способность удивлять. Уже и правда не сворачиваешь башку, завидев хохлатого какаду, выполняющего заход на посадку по классу “очень пьяный летчик пилотирует одномоторный самолет с одним крылом и без стюардессы”, кукабарра на проводе уже гордо игнорируется, а утренняя панк-рок опера в исполнении полутора сотен птиц разного калибра (и отряда тоже) абсолютно не оказывает бодрящего действия. Бегающий по потолку хантсмен уже потерял не только свою былую способность вызывать немедленную эвакуацию помещения, он даже не способен больше отвлечь от чтения ленты. Поссумы просто игнорируются, кенгуру тоже игнорируются, если не бросаются под колеса. Короче, адаптацию можно было бы считать завершенной.
По крайней мере, я так думал.
Гуляли мы тут на днях в Менли. Для жителей северного полушария поясню – большинство районов Сиднея особо не просыпается даже днем, но Менли – это такой специальный район Сиднея, который никогда не спит. Днем тут отжигают старички и публика с детьми, к вечеру просыпаются лица, к этим возрастным группам не относящиеся, и плотно забивают все питейно-едальные заведения. Некоторые пытаются бухать прямо на набережной на предусмотренных для совсем не этого столиках, но полиция имеет вредную привычку бдить. Примерно раз в час-полчаса. Впрочем, пить вообще неудобно, когда летучие мыши над головой шумят, дерутся и вообще черт знает чем занимаются.
В общем, такой миниатюрный Вегас – открытые до упора едальни, бум-птынц из окон верхних этажей клубов, рок баллады из пабов, датые граждане, блюющие в отдалении… романтика. И посреди этой романтики, в пяти метрах от пристани, практически под заведением со звучным названием “Bavarian Beer Cafe” – пингвин.
Не скульптура, не картина. Настоящий Little Penguin. На пляже. В окружении шума-гула-гама, огней витрин и прочего разврата.
Мы сначала не поняли прикола. У пляжа, где обычно написано “плавать на свой страх и риск”, стоял щит. Щит гласил “Зона размножения пингвинов. Не входить.” Какой к черту пингвин, подумали было мы. Пингвин здесь? Сама мысль об этом казалась настолько же нелепой, как и надежда увидеть бегемота в канале Грибоедова. В феврале. В Менли же на пляже ожидаешь увидеть что угодно – дохлую акулу, толпу медуз, пьяного рыбака, серфера, дерущихся чаек, русалку в конце концов. Но пингвина?
Ан нет. Пингвин стоял и не шевелился. Надпись “Зона размножения пингвинов” только подтверждала неиллюзорность увиденного. В эту неиллюзорность вероломно ворвались два персонажа с якобы бутылкой якобы чего-то алкогольного в якобы бумажном пакетике. Граждане перелезли низкое ограждение набережной с целью, наверное, проверить качество содержимого пакетика и пошагали в направлении застывшего пингвина.
“Люди!”, подумал пингвин и затопал в направлении деревянного помоста.
“Пингвин!”, подумали люди с пакетиком и очень резво перелезли низкое ограждение набережной в обратном направлении.
“Показалось”, подумал пингвин и вернулся на исходную позицию.
Оказалось, это не зоопарк на выезде. В Менли существует единственная сохранившаяся в континентальной Австралии колония этих пингвинов. Чаще всего они тусят в менее злачных местах, но на этом пляже они, извините, размножались задолго до капитана Кука. И, похоже, свои права на территорию отдавать не собираются.
В общем, пингвин в Менли оказался для меня новым, совершенно неожиданным приколом австралийской природы.